Обычный вид

Новости

28.04.2014 22:51:18

Рустэм Хамитов провёл пресс-конференцию

28 апреля Президент Башкортостана Рустэм Хамитов в ходе пресс-конференции ответил на вопросы представителей федеральных и республиканских средств массовой информации.

СТЕНОГРАММА ПРЯМОГО ЭФИРА:

ВЕДУЩИЙ: В эфире Башкирского спутникового телевидения пресс-конференция Президента Республики Башкортостан Рустэма Хамитова. Здравствуйте! Сегодня мы собрались в зале информационного агентства «Башинформ» – это главная информационная площадка нашей республики. Здесь находятся представители федеральных и республиканских средств массовой информации. Мы поговорим о многих вопросах: о социальном, об экономическом развитии нашей республики. Конечно же, речь пойдет о Крыме, о поддержке Белогорского района, который стал, по сути, 55-м муниципальным районом нашей республики. Итак, в прямом эфире телекомпании БСТ – Президент Республики Башкортостан Рустэм Закиевич Хамитов. Здравствуйте, Рустэм Закиевич!

Р. ХАМИТОВ: Добрый вечер!

ВЕДУЩИЙ: И сразу перейдем к вопросам. На правах хозяина этой площадки первый вопрос задает главный редактор агентства «Башинформ» Шамиль Валеев.

Ш. ВАЛЕЕВ.: Здравствуйте, Рустэм Закиевич. Спасибо, что выбрали нашу скромную площадку для пресс-конференции. Как вы правильно заметили, мы не можем стоять в стороне, когда вся страна помогает Крыму. Нам достался Белогорский район, отдаленный от морей. Что такого есть в Крыму и Белогорском районе, что было бы основой для наших дальнейших взаимовыгодных отношений?

Р. ХАМИТОВ: Я на прошлой неделе был в командировке в Крыму. Мы ездили с делегацией нашей республики. Подписали соглашение с правительством Республики Крым о взаимодействии, об оказании поддержки Крыму со стороны Башкортостана. Был подписан протокол с властями Белогорского района, он уже более конкретный и подробный, о том, какие работы будут проводиться. Кроме того, Торгово-промышленная палата нашей республики подписала соглашение с Торгово-промышленной палатой Республики Крым.

Что я увидел, и что бросилось в глаза в Крыму. Первое. Безусловно, люди стараются в этой сложной ситуации держаться достойно. Одновременно видно, что жизнь в Крыму совсем-совсем небогатая. Цифры говорят сами за себя. Средняя заработная плата в здравоохранении на наши деньги порядка 6-7 тысяч рублей. В школах заработная плата примерно такая же. Видно, что предыдущая украинская власть практически не обращала никакого внимания на людей, которые проживают в Крыму.

Материковая часть Крыма, которая не выходит на моря, раньше всегда была сельскохозяйственной житницей. Там производили много зерна, мяса, молока. Кроме того, выращивали эфиромасличные культуры: розы, шалфей, лаванду. Это были уникальные хозяйства. Таких в Европе не было. Сегодня этого нет, сегодня все исчезло. Нет ни одного клочка земли, на котором выращивались бы эфиромасличные культуры. Исчезли виноградники, яблоневые сады. Сегодня обрабатывается только 30 процентов от тех площадей, которые ранее обрабатывались в советское время.

Люди попали в очень тяжелую экономическую ситуацию. Нет промышленного производства, нет агропроизводства. Власть не решала вопросы, связанные с инфраструктурой, с оказанием помощи и поддержки людям. Очень плохо со снабжением водой. Есть населенные пункты, в которых вода подается лишь на один час в сутки, а людям надо жить. Плохо с дорогами, очень тяжело с энергоресурсами, газа нет вообще в районе.

Поэтому, когда видишь, в какой ситуации оказались люди, когда видишь, что они последние 20 лет просто выживали, конечно, понимаешь, что нужно оказывать помощь и поддержку. Тем более, сегодня Крым – субъект Российской Федерации. Им тяжело вдвойне. Им надо перестроиться с украинских законов на российские. Им надо понять, как работать в нормативном поле Российской Федерации. Они должны разобраться, каким образом оформлять заявки, как попадать в федеральные или республиканские программы. Далее. Нужно наших коллег научить во всех отраслях – будь то здравоохранение, образование, социальная работа, сельское хозяйство – как работать с документами.

Собственно, мы этим и собираемся заниматься. Речь не идет о том, что Республика Башкортостан будет в полном объеме восстанавливать экономику Крыма или Белогорского района в частности. Конечно, нет. Мы будем помогать, мы будем учить людей, будем оказывать поддержку в плане работы с нормативными документами. Мы проведем курсы повышения квалификации для тех, кто работает в бюджетной сфере. Наверное, это будет нашей самой главной поддержкой.

Кроме того, есть вопросы первостепенной важности. Например, неготовность школ, детских садов, больниц, социальных учреждений к предстоящей зиме. Через полгода в Крым придет зима. Значит, должны работать отопительные системы. Есть вопиющие примеры, когда значительное количество жилых домов сегодня просто-напросто стоят без отопления. Люди зимой топят «буржуйки». Вы не поверите, но это так. Или электроэнергия расходуется на то, чтобы отапливать жилые дома. Разводка, сети не предназначены для таких нагрузок, очень много пожаров.

Сложности у крымско-татарского населения. 10-12 лет назад они начали возвращаться в места своего исконного пребывания, на свою родину, а земли не было. Их вопросы никто не решал, как они сами говорят, их никто не ждал. Пришлось буквально в чистом поле строить поселки, дома. Там опять нет дорог, электроэнергии, воды, газа, ничего нет. Как людям жить? Все это сложные вопросы. Их придется разрешать. Мы для себя наметили перечень первоочередных работ, которые будем проводить в Республике Крым и, в частности, в Белогорском районе. Эту работу мы сделаем. Но, как говорится, главное – это научить людей работать. Надо, чтобы экономика района ожила, чтобы все предприятия, которые раньше работали, были восстановлены.

Мы вместе будем искать инвесторов. Вместе будем искать людей, которые хотят работать в Крыму. Вместе будем думать о том, как прокладывать дороги. Постараемся вместе работать с «Газпромом», чтобы в Белогорский район провести газ. Поможем нашим коллегам в части разводки газопроводов до каждого дома, до каждого подворья.

Люди нас встретили с воодушевлением и на улицах, и на встрече с руководителями района. Я встречался с активом района, это примерно 150-200 человек. Они воодушевлены. Они верят, что Россия поможет, что родная страна, в которую они вернулись, сделает все, чтобы они жили нормально. Конечно, мы обязаны эту работу провести. И мы будем эту работу делать, тем более что у нас есть такие возможности. Республика Башкортостан – мощный субъект Российской Федерации. У нас есть силы, возможности, чтобы одному району республики помочь отстроить нормальную, хорошую жизнь. Так что все будем заниматься этой работой.

Конечно, нужна помощь и журналистского корпуса. Нужна помощь волонтеров, неравнодушных людей. В конце концов, речь идет не только о материальной поддержке, а также о моральной поддержке. Это тоже очень важно. Затем, когда жизнь начнет налаживаться, там будут реализовываться и крупные проекты. Нужно время. За день, месяц или даже за год не решить проблемы, накопившиеся за 20 лет. Мы понимаем, что три года или пять лет нужно будет для того, чтобы Крым стал сильным. Стал самостоятельным субъектом Российской Федерации с точки зрения экономики, и ему не нужны будут «подпорки», ему не нужна будет помощь. Более того, оттуда можно получать великолепные продукты питания. Там можно производить интересные продукты, о которых я говорил. Все будет нормально в этой части. Только надо крепко поработать.

ВЕДУЩИЙ: Уважаемые журналисты, я хочу сказать, что в социальной сети «Фейсбук» открыта страница Администрации Президента республики, и она уже работает. Сегодня в течение этой пресс-конференции можно задавать вопросы Рустэму Закиевичу, в том числе и по интернету. Думаю, в конце мы зачитаем несколько вопросов, пришедших на «Фейсбук». Добавляйтесь «в друзья», пишите. Дальше эта страница будет работать как новый оперативный канал связи с журналистами. Пожалуйста, следующий вопрос.

В. ЗАВЬЯЛОВ: Вячеслав Завьялов, газета «Республика Башкортостан»: Хочется много вопросов задать, но объединю их в один – санкции. Как снежный ком они валятся на нашу страну. Сегодня было объявлено, что будут вводиться санкции против нефтяной, химической и оборонной промышленности страны. Вы просчитывали со своей командой, как это отразится на промышленности республики, на нашем сельском хозяйстве? По какому сценарию пойдет ситуация? По плохому или по очень плохому?

Р. ХАМИТОВ: Что касается санкций. Я уже говорил, что это не тот метод, который нужно использовать в нормализации, скажем так, политических отношений, в решении разного рода сложных моментов политической жизни. Санкции – это обоюдоострое оружие. Если они будут вводиться, то пострадает не только наша страна, но и те, кто против нас санкции вводит, потому что сегодня Россия интегрирована в мировую экономику. Сегодня Россия является полноправным участником всех внешнеторговых отношений, которые существуют в мировом сообществе. Еще раз говорю, любое ограничение против Российской Федерации в экономическом плане, будет иметь свои негативные последствия, в том числе в Европе и в США.

Исходя из этого, я вижу, что развитие ситуации по вводу санкций не является сверхдинамичной. Да, говорят, да угрожают. Сегодня Барак Обама выступал и говорил, что будет новый пакет санкций применять. Но с другой стороны, даже если что-то будет происходить в части ограничения поставок высокотехнологичного оборудования, допустим, или покупки нашего сырья, покупки наших материалов, то земной шар большой и стран много. Не будут покупать одни страны, значит, будут покупать другие. Кроме Европы, есть Восток. Есть другие партнеры, которые совершенно спокойно продолжали и будут продолжать работать с нами. Это первое.

Второе. Конечно, мы посмотрели, чем могут грозить санкции по отношению к промышленности нашей республики. Нефтедобыча, нефтепереработка, нефтехимия с точки зрения производства товаров во многом самодостаточны. Имею в виду, что они работают с опорой на наши российские реагенты, оборудование. Они не в очень большой степени зависят от поставок из-за рубежа. В машиностроении ситуация хуже. Потому что ряд машиностроительных заводов используют уникальное оборудование для изготовления каких-либо деталей, узлов и так далее. Но в то же время у нас есть станкостроительные заводы, которые сегодня выпускают хорошую продукцию. Может быть, не самого высшего уровня, но достаточно хорошую, достойную продукцию, которая могла бы такого рода замену произвести.

Поставки медицинского оборудования. Сегодня диверсификация в этой части уже началась. Ряд российских предприятий предлагают уже вполне достойные аппараты и оборудование для наших медицинских центров. Наверное, нет сегодня прямой замены тем эмиссионным томографам, которые в последнее время закупали в больших количествах за рубежом. Но при необходимости, я надеюсь, что предприятия смогут такого рода продукцию производить.

И, кроме того, экономика – штука такая, это не герметичный сосуд, где можно пробку заткнуть, и оттуда ничего не выходит и не вытекает. Есть страны, которые готовы продолжать с нами сотрудничество. И все равно оборудование можно будет закупать и через третьи страны, и через четвертые страны. Так что санкции, я еще раз говорю, – это самый бездумный путь попытки решения политических проблем. Нужно договариваться. Нужно слышать и слушать друг друга. Нужно общаться. Нужно обсуждать. Не должно быть одностороннего обвинения только нашей страны в том, что мы нарушаем Женевские соглашения или как-то неподобающим образом себя ведем.

Санкции – это, может быть, и стимул для развития промышленности Российской Федерации. Скорее всего, так и будет. Советский Союз демонстрировал самые высокие темпы своего развития, когда опускался «железный занавес». Да, может быть, мы были не во всем успешны, но в то же время атомная энергетика была, космос был, вооружение высочайшего уровня было, технологии и было еще много того, чего нет на сегодняшний день. В этом смысле санкции могут сыграть роль катализатора, роль стимулятора промышленного роста в Российской Федерации. Некоторые из производственников и промышленных организаторов говорят: если бы не было санкций, может быть, их надо было бы придумать. Потому что в некоторых отраслях, действительно, и застой, и благодушие, и постоянный расчет на импорт. Поживем – увидим.

Я абсолютно спокойно отношусь к тому, что происходит, с точки зрения промышленного производства. Если будут проблемы в банковской сфере, если будут проблемы, связанные с хождением расчетных карточек «Мастер Кард», «Виза» и прочие, в какой-то момент могут быть и сложности. Но это не значит, что мы все должны идти на поводу. Где-то там небольшая проблема, и мы должны сразу сдаваться? Конечно, нет! Можно и потерпеть, в конце концов, какое-то время. Можно людям объяснить. Нужно людям рассказать, что сегодня на кону, вообще говоря, стоит развитие страны, будущее страны. И в некоторых моментах мобилизация будет нужна и востребована, я считаю.

Республика наша, с одной стороны, монопрофильна, во многом благодаря нефти, нефтепереработке, нефтехимии. Это является и определенной защитой: топливо необходимо, масла нужны. Многое из того, что выпускает наша республиканская промышленность, нужно не только в стране, но и в мире. Так что, я думаю, с этой точки зрения все будет нормально.

Н. ШАХВАЛЕЕВ, ИТАР-ТАСС: Рустэм Закиевич, во время своего визита в Белогорский район Крыма вы, в числе прочего, посетили уникальный сафари-парк «Тайган». Сегодня я связался с его директором и выяснил, что в парке обнаружилась такая проблема – у животных осталось питания меньше чем на четыре дня. Хотелось бы спросить, как республика может помочь в этом плане?

Р. ХАМИТОВ: Что касается спасения львов – это, наверное, не первоочередная задача, стоящая перед нашей республикой. Для меня странно слышать, что говорит собственник этого парка. Дело в том, что на прошлой неделе мы были у него, и он нам показал львов. И он совершенно спокойно обсуждал с нами ситуацию, говоря о том, что у него есть ферма крупного рогатого скота и что корма много, что сердобольные люди помогают по всем этим направлениям. Я думаю, что справится он с этой ситуацией. Не думаю, что там какие-то трагические события для львов наступят. Действительно, парк уникальный, интересный. Мы смотрели, кто там живет в этих условиях, приближенных к африканским. Львов, действительно, много. Человек не без способностей, очень активный. Я думаю, найдет выход, решение проблемы. Наша задача – помогать людям. А львам – тут, как говорится, риски собственника этого сафари-парка.

С. ВАЛИЕВА, «МЕДИАКОРСЕТЬ»: По поводу санкций. Можно вернуться?

Р. ХАМИТОВ: Можно.

С. ВАЛИЕВА: Вы лично поехали в Крым, хотя, наверное, можно было этого не делать, хотя бы потому, что штаб там есть, да?

Р. ХАМИТОВ: Есть и в Уфе, есть и в Крыму.

С. ВАЛИЕВА: Что лично Вас повело туда? Личное любопытство или желание оценить все своими глазами? Это первый вопрос. И второй – не опасаетесь ли, что санкции будут лично против Вас?

Р. ХАМИТОВ: Что касается санкций – я их не боюсь. Собственно, какие они ко мне могут предъявить претензии в этой части?

С. ВАЛИЕВА: Например, не позволят вам поехать в Европу?

Р. ХАМИТОВ: Ну и что? Ну не поеду, ничего страшного в этом нет. Я в Европе много раз был, все знаю, а общаться с инвесторами можно и по скайпу.

С. ВАЛИЕВА: То есть отдыхать будете в Крыму?

Р.ХАМИТОВ: Я буду отдыхать не только в Крыму, буду отдыхать в республике нашей, прежде всего. А Крым – это уже вторично. Что касается Крыма, я не был ни разу в Крыму. Это была моя первая поездка. Как-то так сложилось, что ни на побережье, ни на материковой части не был. Конечно, мне важно было посмотреть, что там за жизнь, как там люди живут, чем занимаются и какого уровня обстановка на сегодняшний день там присутствует. Я все это увидел, пять минут назад рассказал вам об этом. Могу еще более подробно рассказать, если будет время.

А. САМЕРХАНОВ, ВЕСТИ-БАШКОРТОСТАН: Рустэм Закиевич, Вы, как руководитель региона, персонально отвечаете за многие процессы, происходящие в республике. Порой складывается впечатление, что Вы вообще «за все в ответе» – даже за снег, выпавший в апреле. Хотелось бы спросить: когда возникают какие-то протестные настроения по проблемным вопросам, будь то проект строительства завода «Кроношпан», промышленная разработка «Соды» и так далее, и так далее – возникают разговоры о том, что Президент у нас как-то не так руководит республикой и вообще «во всем виноват». Ведь есть другие чиновники, другие структуры в исполнительной власти – уровни министерств и ведомств, муниципалитеты, главы районов в конце концов, которые все-таки наиболее близки к людям.

Р. ХАМИТОВ: Вопрос довольно сложный и отвечать на него трудно. Все-таки власть, действительно, в нашей стране, и в республике в частности, персонифицирована, и люди обычно взоры обращают на одного человека и от этого человека требуют всего и сразу. Так устроено наше российское общество, так было, так есть и, видимо, так какое-то время и будет. Местная, городская власть обязана работать с людьми и отвечать на те сложные вопросы, которые есть в настоящее время. Если люди идут к руководителю республики, значит, они не верят местной власти, у них нет контакта с ней, они не общаются с местной властью. Почему это произошло? Видимо, есть определенные причины.

Не секрет, что достаточно продолжительное время власть позиционировала себя как что-то оторванное от народа, не работающее с людьми и не отвечающее на их запросы. Я знал глав муниципалитетов, районов, они сейчас уже не работают, которые годами не проводили приемы, не общались с людьми. От них требовалось одно – обеспечить результаты на выборах и все. Дальше живи, как хочешь. Вот они и жили в отрыве от людей, не решая их проблемы, не снисходя до просьб. Отсюда все и началось.

Одна из сегодняшних задач, и моя в том числе, – вернуть ответственность власти на уровень муниципалитетов и городов. Действительно, почему только глава республики заинтересован в наведении порядка в городах? Что, комфортная среда, жизнь наших городских образований или сельских пунктов нужна только мне? Конечно – нет, она нужна людям. Главы муниципалитетов и городов не занимаются этими проблемами? Занимаются. Тогда нужно объяснять людям, почему строится завод, с чем связана проблема нехватки сырья для тех или иных предприятий, что произойдет, если не модернизировать какое-то производство, если не пригласить инвестора. Возможно, это все происходит от нехватки политической культуры наших руководителей. Нехватки умения и желания разговаривать с людьми. Это тяжело.

Я в своих поездках постоянно общаюсь с людьми, приходит много писем, провожу приемы. Мне задают неудобные вопросы, ругаются, многие вещи неприятно читать, стыдно. Власть муниципальная, поселковая, городская обязана более тесно работать с нашим народом и вести себя не как небожители, а как люди, которые отвечают за состояние дел в том или ином районе, городе. Сказать о том, что совсем плохо, я не могу. Начались подвижки, и есть ряд муниципалитетов, городских округов, которые просто преобразились сегодня. Но, видимо, этот стереотип, привычка, что власть отдельно, а люди отдельно, в крови у многих. Возможно, это самая сложная проблема, которую нужно преодолевать в течение многих лет.

Нам нужны новые люди, подходы, новая кадровая политика. С одной стороны – это бесконечный процесс, а с другой, нам нужны результаты в этой части уже в ближайшее время. Я не поддерживаю тех, кто огульно охаивает людей и кто говорит, что все плохо. В любом муниципалитете, в любом городе идут позитивные преобразования, где-то быстрее, где-то медленнее. Все зависит от людей. Если люди активные, работают, могут самоорганизоваться, если дают хорошие, правильные идеи, то в этом районе дела пойдут лучше.

С. ШУШПАНОВ, ГАЗЕТА «ВЕЧЕРНЯЯ УФА»: Было сказано, что за нашей республикой закреплен Белогорский район. Вопрос в связи с этим. Как проходила процедура закрепления областей Крыма за субъектами Российской Федерации и, исходя из каких соображений, нам был выделен именно этот район?

Р. ХАМИТОВ. Я не знаю, как ответить на ваш вопрос. Он одновременно и сложный и легкий. Надо понимать так, что районы Крыма закрепили за сильными регионами, либо за регионами, в которых работают сильные руководители. Это вы сами можете оценить, посмотрев список, кто за кем закреплен. Я не знаю, как была организована процедура закрепления. Нам называли два-три района, в которых мы могли бы гипотетически работать. В конечном итоге победил Белогорский район в борьбе за то, чтобы их куратором был Башкортостан. Возможно, это было так.

Это аграрный район. Он даже внешне, не имея выхода к морю, похож на наш Башкортостан. Там есть степная и горная часть. Есть отрасли, которые хорошо развиваются, как и у нас в сельском хозяйстве. 35 процентов населения района составляют крымские татары, это почти 22 тысячи человек. Вы знаете, что у крымско-татарского населения есть определенные проблемы в части полного принятия той ситуации, которая складывается в Крыму на сегодняшний день. Но я на себе этих проблем не чувствовал.

Я общался с руководителем районного меджлиса, представителями крымско-татарского населения. Был абсолютно хороший, доброжелательный, понятный разговор. Мы договорились, что в июне проведем сабантуй в Белогорском районе. Сабантуй будет скромным, он не будет каким-то фантастическим. Этого и не может быть, потому что ресурсов нет ни у них, ни у нас. В Республику Крым поедут наши коллективы художественной самодеятельности и профессиональные артисты. Будут концерты, будет общение, будет установление неформальных связей на уровне наших творческих союзов, общественных организаций. Это работа большая, она на годы. Это не просто мы приехали, починили кровли, дали воду, собрались и уехали. Нет. Это большая работа на многие годы. Эта работа сопряжена, прежде всего, в сближении людей в Крыму и у нас в Республике Башкортостан.

Х. ИСХАКОВ, «УФА 1.РУ»: Я приехал на пресс-конференцию на велосипеде. Мы знаем, что вы активно увлекаетесь велосипедом, принимаете участие в массовых катаниях. Устраивает ли вас качество и количество велодорожек? Существует целевая программа по развитию велосипедной инфраструктуры до 2017 года. В соответствии с ней город должен построить 150 км велодорожек, за последние два года построено всего 16 км. Успеют ли за оставшиеся три года построить 130 км?

Р. ХАМИТОВ: Этот вопрос надо задавать мэру города Уфы, но я постараюсь ответить. Велосипедные дорожки – это не самое главное. Хочу сказать, что главная задача – это сформировать для людей удобную городскую среду, в которой будет хорошо и автомобилистам, и мотоциклистам, и велосипедистам, и пешеходам, и мамам с детскими колясками, и инвалидам. Этого в городе катастрофически не хватает по всем направлениям. Автомобильный транспорт – пробки. Общественный транспорт, скажем так, весьма несимпатичен, люди предпочитают ездить на своих машинах.

Программа велосипедных дорожек пока проваливается и это абсолютно точно. В наших замечательных, красивых парках и лесных насаждениях пешеходных зон нет, эта программа тоже проваливается. Что тут сказать? Мы дадим какое-то время. В 2014 году обещают прорыв в этой части. Я надеюсь, что у городских властей наступит осознание того, что вчерашние стандарты и стереотипы сегодня не работают. Посмотрите, как ряд городов Российской Федерации и некоторых городов нашей республики упорно трудится над созданием комфортной городской среды.

Я был осенью прошлого года в Учалах, там строится симпатичный городской парк с велодорожками. Все замечательно. В Салавате построен просто образцовый парк, в котором можно отдыхать и прогуливаться мамам с колясками. В сельской местности, Аскинском районе отведена земля для сельского районного парка культуры. Казалось бы, зачем им парк? Здесь лес, здесь поле, гуляй, где хочешь. Нет. Люди тянутся к цивилизованным формам, хотят строить. Я не говорю про Москву, про наших соседей в Казани. Хорошо в этой части движется ряд сибирских городов.

Сегодня идет конкуренция за людей, за то, чтобы людям было удобно жить в городе, районном центре, поселке. Когда мы говорим о комфортной среде, я постоянно говорю главам наших муниципалитетов, что у вас в райцентрах должен быть весь набор услуг и возможностей, которые есть в городах: салоны, кафетерии, площадки для отдыха людей, территории, на которых люди могут собираться, обсуждать какие-либо вопросы. Времена, когда выезжали в поле и собирали там «вече» прошли. Сейчас все должно выстраиваться по-другому. Давайте так, мы дадим какое-то время нашим чиновникам для того, чтобы они окончательно поняли, что время и требования изменились, что городские и сельские поселения должны быть совершенно другими с точки зрения удобства для проживания жителей. Если кто-нибудь из них не поймет, значит, примем в отношении них принципиальные меры.

Х. ИСХАКОВ: Хотелось бы отметить, что на эту программу выделено 234 миллиона рублей, возможно, там «распил».

Р. ХАМИТОВ: Этот «распил» уже всем надоел, это понятно. Но, мне кажется, иногда это преувеличено. По отношению к масштабам постоянного воровства из бюджета. Сегодня никто не ест свой хлеб даром. Следят правоохранительные и контрольно-надзорные органы. Мы знаем о том, как и за какие деньги что можно и нужно строить. Я много раз приводил пример и еще раз скажу. Четыре года назад одно место в детском саду стоило один миллион рублей. Сегодня за 500, максимум 600 тысяч рублей нам обходится одно место в детском саду. Прошло четыре года, была инфляция по 6-8 процентов каждый год. Реально, если ориентироваться на старые цены, стоимость была полтора миллиона рублей за одно место, а у нас 500-600 тысяч рублей. Потому что мы заставили проектировщиков верно подойти к созданию проектов такого рода. Мы поставили жесткие условия строителям, от городских властей требуем выполнения строительства дешевого детского сада или школы. Не за счет экономии на материалах, а за счет того, чтобы все процессы были организованы правильно. Нет там воровства. Нам удалось снизить цену места в детском саду в два раза. И дальше мы так работаем по всем направлениям.

Мы ввели везде удельные показатели – сколько стоит одно место школьника в школе в сельской местности и в городе, сколько – в детском саду, сколько стоит одно место в больнице и поликлинике, и так далее, и так далее, исходя из этих нормативов, строим. И самое дорогое сегодня одно место – это в перинатальных центрах, родильных центрах. Для того чтобы построить на 100 мест родильный дом или современный перинатальный центр, нужно 1,9 миллиарда рублей. То есть одно место для ребенка в перинатальном центре стоит 19 миллионов рублей. Девятнадцать! Когда назвали эту сумму, я точно так же, как и вы, удивился. Оказывается, все это оборудование, система вентиляции, приточки, вытяжки, система фильтров – всего там очень много, и это все делает эти стройки дорогими. В этой части мы поработали. Думаю, что перинатальный центр, который будет строиться в Уфе, начиная с лета этого года, там все-таки место будет стоить не 19 миллионов, как планировалось, и как федеральные нормативы нам диктуют, а порядка, может быть, 12-13 миллионов. Это все равно большая экономия.

А. АГЛЕТДИНОВ, «РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА»: Рустэм Закиевич, вы публично озвучили свое решение баллотироваться на следующих президентских выборах. Не могли бы вы более конкретно остановиться на мотивации своего решения?

Р. ХАМИТОВ: Что касается президентских выборов. Это действительно сложная тема, и решение не только от меня зависит в конечном итоге. На мой взгляд, есть три составляющих. Первое – это поддержка населения. То есть люди должны поддерживать человека, который хочет стать руководителем республики. Либо знать его по предыдущей работе, либо знать, что у этого человека есть хорошая «история успеха», что он чего-то достиг в этой жизни. Исходя из этих соображений, я формулирую первое условие – это поддержка населения.

Второе обязательное условие, на мой взгляд, – это поддержка Президента страны. Потому что без такого рода взаимодействия с руководством страны будущий глава, каким бы он ни был, работать не сможет. Обязательно нужно такого рода взаимодействие с федеральными органами власти и с руководителем страны.

Третье – это желание самого человека. Он должен оценивать себя с точки зрения возможностей, своих личных качеств: организационных, коммуникационных. Если человек видит, что ему действительно по плечу эта работа, если он ответственно подходит к своей деятельности, если место руководителя республики он оценивает с точки зрения возможности принести пользу людям, а не возможности набивать свои карманы – тогда, конечно, это уже «хороший аргумент».

Когда сходятся все три принципиально важных момента тогда, я считаю, человек имеет право баллотироваться в главы, президенты республики. И, собственно, исходя из этого, я свои умозаключения и выстраивал.

Когда я говорил, что я пойду на выборы, я это понимал. Если по этим трем позициям пройдемся, то видим следующее. Поддержка людей в общем и целом есть, это показывают социологические опросы, это показывают встречи с людьми. С Президентом страны у нас абсолютно хорошие рабочие отношения. Он бывал у нас, и я многократно бывал на приеме у Владимира Путина.

И в-третьих, я понимаю, что за эти годы я уже обрел необходимый опыт работы, знаю и понимаю болевые точки республики, знаю и понимаю, как многие вопросы надо решать, уже, в общем-то, избавился от некоторых своих впечатлений первого и второго года работы, когда казалось, что что-то можно сделать быстрее. Кроме того, мы начали ряд крупных проектов, которые надо завершать, которые надо, может быть, и форсированно продолжать. Исходя из этих соображений, я говорю: да, я пойду на выборы. Я буду участвовать в выборах. Если будут соперники – ради бога – пожалуйста. Любые соперники. Тот, кто мыслит себя в этих категориях, тот, на мой взгляд, должен участвовать и будет участвовать. Будут, безусловно, люди.

Н. ПАВЛОВА, ГАЗЕТА «КОММЕРСАНТЪ»: Рустэм Закиевич, правильно ли мы понимаем, что окончательно решен вопрос со строительством завода «Кроношпан» под Уфой, несмотря на протесты жителей этого пригорода? Вы, как человек, много лет возглавлявший МЧС, госкомитет по экологии, как человек, много лет посвятивший экологии, вы можете дать личную гарантию, что жителям пригорода Уфы, которые будут жить по соседству с «Кроношпаном», ничего не угрожает?

Р. ХАМИТОВ: Решение по строительству «Кроношпана» или любого другого предприятия принимаю не я. Есть законные процедуры, которые нужно выполнить, и в соответствии с ними принимается окончательное решение. Решение это принято на уровне Уфимского района Республики Башкортостан, который выдал разрешение на строительство. Эта инстанция – администрация Уфимского района – принимает такого рода решения.

Вы знаете, что принятию этого решения предшествовали довольно сложные события, в том числе и протестные движения, сформированные летом прошлого года. Кстати говоря, эти протесты еще не завершились, но проект строительства этого предприятия прошел экспертизу – и негосударственную, и государственную. Получено положительное заключение. Этот проект прошел общественную экологическую экспертизу и тоже получил положительное заключение. Получены ответы на вопросы, связанные с отводом земли под эту площадку. И, основываясь на всей совокупности документов, оформленных за последнее время, Уфимский район принял решение выдать разрешение на строительство.

Теперь что касается опасности или неопасности этого предприятия. Я могу ответить следующее: я живу в городе Уфе и могу сказать, что точно так же, как все уфимцы, заинтересован в том, чтобы строились у нас заводы экологически безопасные, экологически чистые, чтобы вреда окружающей среде не было. У меня в городе живут и мои родственники, и мои друзья, и мои товарищи. Я с огромным уважением отношусь ко всем жителям города Уфы, в том числе и Шакши, и прилегающих к Уфе районов. Я не могу обманывать этих людей. Я не имею права обманывать.

Еще раз хочу сказать, что завод будет построен по самым высоким экологическим требованиям. Я еще раз говорю, никаких сложностей экологических у населения, которое будет жить недалеко от этого завода, не будет. Не должно быть. Это первое. Второе. Если в силу каких-то причин экологические организации, природоохранные структуры, контрольно-надзорные органы, население увидят, что требования экологические не выполняются или что обещания нарушены, то в любой момент это предприятие может быть остановлено. Остановлено со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Сейчас собственникам и тем, кто занимается стройкой, вполне очевидно, что какого-то грязного, экологически несовершенного предприятия в Уфе, рядом с Уфой, построить не удастся. Я хотел бы, обращаясь и к общественности, которая слушает наверняка наш сегодняшний разговор, обратиться к ним с единственной просьбой.

Уважаемые коллеги, уважаемые друзья, вокруг этой истории очень много домыслов, очень много нервного обсуждения вопросов, которые требуют просто-напросто обстоятельного рассмотрения на профессиональных площадках. Профессионалы с вопросом разобрались. Экологам, проектировщикам, строителям все абсолютно ясно. И поэтому продолжающееся нагнетание страстей никому ничего хорошего не даст. И тем более сейчас, когда там началась работа по отсыпке дороги.

Кстати, стройка еще не началась. Она начнется, как предполагает инвестор, через месяц-полтора, сейчас идут подготовительные работы. Сейчас, когда там работают машины, техника и механизмы, на стройке делать нечего. Есть законные процедуры, есть возможности обращаться в суды, есть возможность высказывать свое недовольство законными способами. В этой части надо действовать так. Я для себя выбрал путь абсолютного послушания закону в этой ситуации. Вот законодательно все процедуры проведены. Я не имею права сейчас ни запретить это строительство, ни каким-то образом отменить его. Потому что инвестор и все, кто сопровождает его структуры, прошли все инстанции. Вопрос с этой точки зрения решен.

Но, если кто-то продолжает быть несогласным, пожалуйста, я еще раз говорю, никто не запрещает проводить шествия, митинги, пикеты. Сейчас организовано сообщество в интернете, никто его не закрывает. Никто не затыкает рот никому. Никто! В то же время я слышу в свой адрес необоснованные обвинения, фальсификации, вплоть до попыток фальсифицировать мою электронную почту. Это что за методы? Люди ходят по улицам с телекамерами, все снимают, все фиксируют, все преподносят в другом свете. Это что за подходы такие? Почему столько лжи, вранья вокруг этого? Почему заданность только на то, чтобы никоим образом не допустить этого строительства? А как, вообще говоря, развивать промышленность, как создавать рабочие места? Как? Людям надо работать! А здесь, на этом предприятии будут высокооплачиваемые рабочие места.

Далее. С этим предприятием сопряжено наведение порядка в лесной промышленности. Мы сколько лет, десятков лет, говорим о том, что в лесной промышленности у нас полный кавардак: лес воруют, лес не перерабатывают, брошенные отходы гниют на делянках, леса наши деградируют в полной мере. Конечно, «Кроношпан» – это только замыкающее звено огромной работы по наведению порядка в лесу. И люди, которые бы хотели помочь республике, действовали бы в этой ситуации совершенно по-другому.

Я помню уже 25-летней давности выступления экологов по поводу строительства атомной станции, строительства поликарбонатов на «Химпроме», полиэфирного комплекса в Благовещенске, ишимбайской катализаторной фабрики. В некоторых этих событиях я сам принимал участие. Могу сказать, что вот тогда власть с общественностью не общалась вообще! Присылали отписки, не было встреч, не было коммуникации, не было контактов, не было ничего!

Сегодня ситуация совершенно другая. С этими людьми, которые провоцируют протест, в буквальном смысле слова нянчатся. Все показывают, объясняют, рассказывают. Люди взрослые, там мальчиков нет. Другое дело, что приносят на стройку детей и стараются прикрываться детьми, но, я считаю, подло прикрываться детьми на стройке, где есть механизмы, машины и прочие дела. Поэтому, если серьезно говорить об этой теме, она должна обсуждаться именно серьезно: круглые столы проводили, с общественностью встречались, документы представляли. И в этой части власть если не все, то очень многое сделала.

Ваш второй вопрос о гарантиях экологической безопасности этого предприятия вполне уместен. Я очень надеюсь на то, что это предприятие будет во всех экологических смыслах безупречным, экологически безопасным. И будет эталоном с той точки зрения, что промышленные предприятия не наносят вреда окружающей среде. Вот из этого я исхожу. Много разговоров, много эмоций, много обвинений вокруг этой темы, но на самом деле этой истории пора бы уже успокоиться.

Р. КАЛИМУЛЛИН: Газета «Башкортостан»: Я в продолжение темы, которую вы уже поднимали в какой-то степени. Рустэм Закиевич, Вы с момента прихода к своей должности занимаетесь решением одной из больных проблем республики – проблемой обманутых дольщиков. И вот с того момента прошло несколько лет, возникает очень сложный вопрос: почему тратятся бюджетные деньги вместо того, чтобы наказывать виновных лиц, у которых есть недостроенные объекты, офисы и так далее? Почему правоохранительные структуры не знают, что вообще делать? В конце концов, есть защита частной собственности в наше стране или нет? По истечении нескольких лет, что вы думаете, можно ли частично решить эту проблему? Есть ли перспективы какие-то?

Р. ХАМИТОВ: Обманутые дольщики – это сложная история, которая досталась по «наследству» в 2010 году. Тогда обманутых дольщиков было больше трех тысяч человек. Сейчас нам удалось в основном решить проблемы нескольких крупных жилых комплексов. В настоящее время в списке обманутых дольщиков присутствует около тысячи человек. Но мы надеемся, что микрорайон «Солнечный» в этом году все-таки удастся сдать и количество дольщиков будет уже существенно меньше. Хотя перед нами стоит задача – в течение 2014-2015 годов проблему решить окончательно.

Две стороны у процесса. С одной стороны – мошенники, зачастую, и неудавшиеся бизнесмены, предприниматели, которые переоценили свои силы. Они думали, что дом построить ничего не стоит, важно собрать с людей деньги, материалы есть, строители есть. Считали главным площадку. Хитрыми способами пробили эти площадки у городских властей, а когда начали строить, оказалось, что они и строить не умеют, а еще и экономика здесь подвела – начался кризис. Но есть и мошенники отъявленные, которые сознательно шли на то, чтобы собрать деньги, и заранее зная, что обманут их, тем не менее, эту противоправную деятельность продолжали.

С другой стороны – наши люди. Мы с вами живем недолго в этом капиталистическом жесточайшем обществе, в котором власть фактически уже не отвечает за частные интересы людей. Мы еще во многом наивны. Мы еще во многом люди из советской власти, из Советского Союза. И не только мы – люди уже зрелые, моего поколения, но и люди сорокалетние, и молодежь, которая воспитывалась еще в советских семьях. Мы очень доверчивы. Мы еще верим тому, что написано в газетах, тому, что говорят по телевизору, по радио. Хотя это уже давно совсем не так. Конечно, люди, которые хотят заработать, даже не мошенники. Они учитывают эти все сложности и тонкости. В результате, с одной стороны, количество обманутых дольщиков уменьшается, но в то же время по некоторым объектам и прибавляется.

Мы говорим: «Выбирайте строительные компании, уважаемые товарищи, исходя из истории их деятельности. Проверяйте все документы». Да, это легко сказать, а когда простой человек слышит, слушает, видит. Его там охмуряют, приходят и говорят: «У нас там все нормально, у нас там кругом связи, мы там все решаем, у меня жена или муж работают там-то». Люди верят. И этот момент какое-то время будет, тем более в условиях дефицита жилья.

Поэтому, может быть, наша главная задача – не решить вопросы обманутых дольщиков, а решить вопрос глобально. Нам надо строить жилье экономкласса. Нам надо, чтобы жилья на рынке было больше, чем спрос у людей. Это – огромная проблема. И решить ее в два хода, как, допустим, с обманутыми дольщиками, когда мы за два-три года решили по трем тысячам человек, не удается. Почему? Вопрос номер один – земля. Эта земля в предыдущие 10-15 лет была перераспределена фактически между людьми, которые были близки к власти. Хорошо устроились, да? За пять копеек взял, продал за 500 рублей, а разницу положил в карман – вот и богатый человек. И этот вопрос сегодня до конца не решен.

Как только мы начинаем наводить порядок в земельных отношениях, начинаются «бои», не побоюсь этого слова. И «бои» не только местного, но и республиканского значения. Начинается шум и гам, подключение правоохранительных структур, контрольно-надзорных структур против тех, кто собирается навести порядок. Мы это видим, мы это знаем. Мы понимаем, что люди, которые сегодня завладели землей, обладают определенными ресурсами, связями, неформальными отношениями в различных структурах. И они эти связи подключают. Поэтому власти в этой части тоже довольно тяжело. Это же всегда получается, что люди против людей. Не то чтобы власть против какой-то структуры, а люди против людей. И всегда люди находят возможности, чтобы противостоять.

Второе. Даже если у нас есть земля, мы обязаны подводить туда коммуникации. Это очень дорого. Нужно строить жилье в пределах нашей центральной части Уфы, имею в виду от Кировского района и до Черниковки, включая ее. Есть вариант выхода на сопредельные территории. И эти две точки зрения между собой борются. Одни говорят, что нужно строить большие микрорайоны за пределами старой Уфы. Другие говорят, что надо работать внутри города. Здесь тоже дилемма, потому что внутри города есть коммуникации, есть транспорт, есть все, кроме одного – свободных площадок. Конечно же, если начинается стройка, люди начинают жаловаться на уплотнение, на загораживаемый свет. Это второй принципиальный момент.

Третий момент. Наши люди зарабатывают немного. У нас средняя заработная плата 21-22 тысячи рублей по Республике Башкортостан, в сельской местности 13-14 тысяч рублей, а в городе Уфе – 30-31 тысяча рублей. Но этого все равно не много, чтобы покупать квадратные метры. Так что нам в этом вопросе приходится преодолевать большие сложности. При этом помощь и поддержка федеральных структур не очень велика. И мы не всегда можем регулировать отношения с федеральными органами, которые возникают в земельных вопросах, в вопросах собственности, имущества, контроля и надзора. У них есть своя вертикаль, есть свои предписания, есть свои начальники. Эти структуры, скажем так, занимают вполне самостоятельную роль. Они проводят большую работу, они помогают властным структурам. Но при всем при этом у них на все свое мнение и свое видение. Поэтому эта тема обманутых дольщиков, казалось бы, не очень большая – их три тысячи человек, примерно 500 тысяч квадратных метров жилья – тем не менее вырастает в такую глобальную задачу, которую нудно решать власти.

Мы этим занимаемся. Сегодня наша республика является лидером в жилищном строительстве в Приволжском федеральном округе. Впервые за 20 лет мы вышли на первое место в Приволжском федеральном округе. В 2013 году сдали почти 2,5 миллиона квадратных метров жилья. Да, многое было построено в сельской местности, много построено индивидуальными застройщиками, но есть и строительство индустриального жилья. И оно растет.

Г. ГИЛЬМАНОВА, «КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА»: Рустэм Закиевич, здравствуйте, это газета «Комсомольская правда». У нас несколько вопросов. С Вашего позволения, можно мы проведем некий блиц-опрос?

Р. ХАМИТОВ: Пожалуйста.

Е. САДЫКОВА, «КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА»: Как происходит ваше общение с Владимиром Путиным? Может быть, он вам часто звонит, ругает или хвалит за что-то? Или есть какой-то специальный куратор, который передает замечания?

Р. ХАМИТОВ: Безусловно, Президент страны работает через свою Администрацию. Мы в тесном и полном контакте с руководством Администрации Президента, с Сергеем Борисовичем Ивановым (С.Б. Иванов, руководитель Администрации Президента России) и его заместителями, которые занимаются внутренней политикой. Последние год-два мы активно с теми, кто занимается международными делами, потому что в следующем году в Уфе состоятся саммиты Шанхайской организации сотрудничества и стран БРИКС. Такого рода информационный обмен идет полным ходом. Если не каждый день, но раз в неделю такого рода контакты у нас есть. На встречах с Владимиром Путиным обычно обсуждаются ситуация, складывающаяся в экономике республики, выполнение указов Президента по повышению заработной платы. В этом смысле нам краснеть вообще не приходится, потому что мы все указы выполняем даже с небольшой «крышечкой». Заработная плата в бюджетной сфере растет неплохими темпами. Кроме того, наша финансовая система устойчива, надежна. Мы понимаем, что 2014 год у нас закрыт в полном объеме, в 2015 году мы тоже понимаем, как эти вопросы решить, а что будет в 2016 году – жизнь покажет. Так что информационный обмен идет по всем каналам: по телефону, по интернету отсылаем материалы. Также мы общаемся по переписке, потому что отчетность довольно большая. Каждую неделю мы направляем толстые отчеты о том, что у нас делается, какие проблемы решаются и каким образом мы собирается решить что-то нерешенное. Кроме того, работают общественные приемные Президента. И выездные приемы осуществляются довольно часто. Буквально 3-4 дня назад работал советник Президента. Он посмотрел, какие есть обращения наших жителей, все это собрал. Мы участвовали в этом приеме. Все поставленные вопросы мы постараемся решить.

Г. ГИЛЬМАНОВА: Мы принесли несколько фотографий уфимских дорог. Понимаю, что не совсем к Вам вопрос, но тем не менее были прецеденты, когда Вы вмешивались, и вопрос решался. Сегодня уфимские дороги выглядят как после бомбежки. Много ям, проспект Октября вообще изошел «волнами». Такое ощущение, что городские власти просто не обращают на это внимание, сколько бы СМИ ни возмущались. Но решения мы не видим, не слышим.

Р. ХАМИТОВ: Я вчера полдня провел за рулем, сам ездил по дорогам уфимским и дорогам около Уфы. Могу сказать, что у меня большого воодушевления от того, что я увидел, конечно, нет. И ямы, и колдобины – все это вызывает огромное недовольство наших водителей, в том числе и мое. Оправданий здесь нет, мы не умеем строить качественные дороги. Вот направление, которое получило большой общественный резонанс при своем строительстве, это дорога «Уфа – Аэропорт». На сегодняшний день, когда мы едем в аэропорт, правая сторона в неплохом состоянии, а левая сторона – там уже есть довольно глубокая колея.

Это связано с тем, что эти горе-строители не исправили и не привели в соответствие с нормативами дорожное покрытие на 2,5 километрах. Они не успели переделать. Я останавливал стройку, часть старого асфальта они сняли, дошли до аэропорта, вернулись в сторону Уфы, и вот эти 2,5 километра перед Уфой они не сделали. У города Уфы есть соглашение с этими строителями, есть гарантийные обязательства у этих строителей, они эти 2,5 километра отремонтируют. Хотя за эти полтора года там и собственник сменился, и прошли разного рода преобразования.

Но мы на дорожное строительство экономить денег не будем. Дорожный фонд сегодня составляет порядка 12 млрд рублей, еще четыре года назад он был в пределах 3-4 млрд. И все эти деньги идут на дороги. Нам, конечно, хочется, чтобы одномоментно и быстро все исправилось. Проспект Октября, насколько я знаю планы города, будет ремонтироваться в полном объеме, там будет новое дорожное полотно. В прошлом году уже часть проспекта прошли и в этом году оставшуюся часть проспекта приведут в порядок.

Но не только эти главные дороги, но и второстепенные, дворовые территории. Ведь за эти три-четыре года мы порядка 700-800 дворов привели в порядок, и вы это знаете. Были ямы, ухабы – все было плохо. То есть идут эти шаги, но пока не с той скоростью, с которой нам хотелось бы, в силу разных причин, в том числе и денег нет, и даже нет тех, кто мог бы хорошо строить и делать. У нас уже в этом смысле полная утеря квалификации. Это происходит и потому, что довольно много иногородних строителей работает на наших стройках. Они выигрывают тендеры, подряды, в силу разных причин. Не будем на этом останавливаться. Но я дорожное строительство держу под контролем, стараюсь и понимаю, что это, может быть, самый больной участок в работе нашего Правительства и наших властных структур.

Дорога «Белорецк – Уфа». Зимой ездил, было все прекрасно. Сейчас, весной, плохо отремонтированные участки уже все «вспучились», плохо ехать. А там, где все сделано добротно – будет все нормально. Дайте чуть-чуть время, порядок мы все равно наведем. Мэр Уфы слышит и будет реагировать правильно. Конечно, мне точно так же стыдно за строителей, когда я вижу, как в яму с водой они бросают асфальт. Хотя меня убеждают, что это особый асфальт, который не боится воды, что он с этой водой прилипает как клей. Конечно, это не так, вранье это все. Но в то же время работает наша лаборатория. Сейчас просто так «не проскочить», навоз в асфальт уже не добавляют – состав более-менее контролируется, но работы еще очень много. На этом участке трудилось много недобросовестных, вороватых, нечистоплотных людей. И за один день исправить ситуацию, конечно, тяжело, и даже за один год.

Е. САДЫКОВА: Рустэм Закиевич, а какие у вас планы на этот туристический сезон? Может быть, вы собираетесь на сплав или в поход? «Комсомольская правда» этим летом снова собирается покорить «Иремель», конечно, мы приглашаем вас вместе с нами.

Р. ХАМИТОВ: У меня график работы такой, что нет ни туристических, ни походных сезонов. Я понимаю, что вам, «Комсомолке», интересно отслеживать мои перемещения в пространстве. Но, если получится, может быть, в этом году схожу на «Иремель». О сплаве я даже не мечтаю, потому что там, где хотелось бы сплавиться, нет телефонной связи, там отдаленные места, а у меня работа такая, что я всегда должен быть на связи, на телефоне, и уже без этого никак не получается. Я удивляюсь, как 30-40 лет назад люди работали без мобильных телефонов, но, тем не менее, работали. И потом, летом всегда посевная, уборка, поэтому не до походов.

А. ХАЙРУЛЛИНА, БСТ: Рустэм Закиевич, хотелось бы вернуться к нашему 55-му муниципалитету. Вопрос, который сейчас во многих коллективах бурно обсуждается, но высказать вслух его опасаются. Но зато звонят нам в редакцию. Так как Башкортостан включился в процесс стабилизации экономики Крыма, отправили караван с грузом, по вашему поручению организовали сбор средств, чтобы помочь новым жителям нашей страны – все это хорошо, все это нужно. Но, с другой стороны, звонят нам наши телезрители и говорят о том, что у них в городах и районах сбор средств ведется не по зову души, а в добровольно-принудительной форме. Организуются собрания в педагогических и медицинских коллективах, приходят лидеры коллективов либо представители местной администрации и говорят о том, что в этом месяце некая часть твоей зарплаты будет перечислена. То есть людей уже ставят перед фактом. Что это? Желание угодить высшему эшелону власти со стороны местных чиновников или непонимание какого-то поручения? Каково ваше мнение по этой ситуации и какова будет реакция Президента республики?

Р. ХАМИТОВ: Что касается принудительного сбора средств – это полное безобразие. Помощь должна быть осуществлена без какого-либо давления сверху. Хочешь помочь – пожалуйста, не хочешь – никто не заставляет. В этом смысле я еще со своей стороны постараюсь разобраться. Хотя до меня тоже доходили такие сигналы и письма, писали отдельные люди школьных и больничных коллективов. В каждом конкретном случае уже прореагировали. Я попросил даже, чтобы вернули деньги людям. Не хотят – не надо.

Но в то же время я понимаю, что бюджетных ресурсов на эту работу направлено не будет. И такие вопросы мне тоже задают, что у нас денег не хватает, ямы на дорогах, селу надо помогать и так далее, вопросов много, а вы направляете бюджетные средства. Ни одного рубля из бюджета на сегодняшний день не направлено. В Фонд помощи поддержки Крыма сегодня собрано 48 млн рублей, истрачено порядка 6-6,5 млн рублей. На подходе второй транш – это приобретение дополнительной техники для муниципальных предприятий Белогорского района. Пришла заявка на ремонты детских садов, школ, больницы, на подготовку системы теплоснабжения, всего порядка 40 млн рублей. Этих ресурсов хватит на то, чтобы первоочередные работы провести.

У нас есть и внебюджетные источники. Есть Фонд социально-целевых программ, ряд крупных и крупнейших предприятий давно уже, года 4-5 назад, начали перечислять ресурсы в эти фонды, это не бюджетные средства. Оттуда тоже будет направлена часть ресурсов на поддержку крымчан. Поэтому бюджетных ресурсов не будет направляться на поддержку этих строек. Это будут средства предприятий и тех людей или организаций, которые искренне хотят помочь Крыму.

Я лично хочу помочь Крыму. Я перечислил часть своей зарплаты в этот внебюджетный фонд. У меня зарплата высокая, существенно выше среднереспубликанской. Я могу себе позволить с учетом моих скромных личных потребностей перечислить деньги и в этот фонд, который помогает Крыму, и в другие благотворительные фонды, которые помогают детям. Но это моя личная позиция. От других людей я этого требовать не могу. Я могу только просить тех, кому небезразлична сегодня ситуация в Крыму, оказать поддержку.

Иногда работает закон больших чисел. Если миллион человек в республике перечислят по 100 рублей, это будет 100 миллионов рублей. И уже никого ни о чем просить не надо. Этих денег хватит на то, чтобы отремонтировать крыши и дать тепло. Но если этого миллиона не находится, все равно найдутся люди, которые заплатят и 500, и 1000 рублей. Пусть их будет меньше, пусть это будет не 100 миллионов, но людей, желающих помочь, много. А принудительный сбор денег – это опять из той же ситуации, когда некоторые наши руководители муниципальных, городских уровней не включают головы. Они работают по старинке. Это недопустимо. Я против того, чтобы деньги собирали принудительно. Еще раз говорю – прошу, верните деньги тем людям, которые под нажимом сдали свои ресурсы, нужные своим семьям, детям. Это совершенно не тот путь.

С. СОБИРОВА, агентство «Интерфакс»: Два вопроса. Скажите пожалуйста, с учетом политических и экономических событий как в стране, так и в мире претерпит ли какие-то изменения республиканский бюджет? Будет ли увеличена или уменьшена его дефицитная часть? Не отразится ли это на выполнении социальных программ? Второй вопрос касается закона о блогерах. В свое время вы были очень популярным блогером. У вас посещений, по-моему, было больше чем три тысячи в сутки. Вы, как говорится, внутри событий. Как вы относитесь к этому закону с учетом того, что и Совет Федерации порекомендовал пока придержать этот закон? Спасибо.

Р. ХАМИТОВ: Что касается финансовой устойчивости нашей республики, мы прошли проверки в разных международных рейтинговых агентствах. Они засвидетельствовали то, что у нас есть и резервы, которые могут смягчить ухудшение ситуации, если она будет происходить. У нас достаточно ресурсов для того, чтобы правильно сегодня выстраивать свою бюджетно-финансовую политику. Самое главное – мы достаточно консервативны с точки зрения расходования средств вообще.

Всегда было известно, что получить деньги в бюджете довольно сложно и пройти Министерство финансов является сложнейшей задачей. Сегодня защита бюджета осуществляется в еще большей мере. Непроизводительных трат нет, новые крупные стройки в социальной сфере, пока не закончили старые, мы не открываем. Работаем только по самым-самым горячим точкам. То есть там, где школа, детский сад или больница нужны как воздух. Либо, если мы не вложим деньги, то, что было построено и брошено в свое время, окончательно развалится. Мы сегодня работаем исключительно по тем стройкам и направлениям, которые нужны людям.

Зарплатная часть нашего бюджета очень велика. Каждый месяц бюджет республики выделяет на заработные платы 5 млрд рублей. Умножаем на 12, получаем 60 миллиардов рублей – заработная плата наших бюджетников. Мы в ответе за то, чтобы заработная плата поступала всегда, чтобы не было перебоев, задержек. Поэтому для нас эта статья расходов является приоритетной. Мы можем что-то не сделать с точки зрения стройки, но зарплату мы обязаны дать. Зарплатную часть нашего бюджета мы охраняем очень и очень строго.

У нас небольшие долги. Республика Башкортостан на сегодняшний день фактически является регионом с самым высоким кредитным рейтингом. У нас рейтинг, который присвоен нам международными агентствами, две недели был выше, чем суверенный рейтинг страны. Это невозможная ситуация. Не может часть целого иметь качества выше, чем в целом страна. Мы сегодня имеем такой же рейтинг, как Российская Федерация. Это «ВВВ-». Но это инвестиционный рейтинг, то есть рейтинг, при котором банки дают кредиты с наименьшими процентными ставками. Мы сегодня с точки зрения своего инвестиционного рейтинга находимся на одном уровне со страной. Вообще говоря, это впервые за всю историю рейтингования нашей республики. Это подтверждает то, что управление финансами в республике осуществляется квалифицированно, надежно, с пониманием того, где мы находимся, и какие траты могут быть в ближайшее время и какие статьи должны быть абсолютно защищены от разного рода невзгод, которые происходят в экономике.

Второй вопрос касательно блогеров. Безусловно, когда читаешь в блогах – правда, я их уже давно не читаю – оскорбления, разного рода вымыслы, ложь, обман, спекулятивные новости, то думаешь – почему людей продолжают обманывать? Почему ими манипулируют? Почему кто-то, исходя из своих частных задач, вводит в заблуждение громадное количество людей? Первое, что напрашивается, конечно, надо поставить заслон такой информации, если речь идет об «оболванивании» тысяч людей. В тех случаях, когда вываливается недостоверная информация, когда людей «зомбируют» через интернет. Такие случаи ведь тоже есть. С другой стороны, понимаешь, что общество многогранно. И если провозгласили право на получение свободной информации, то чем больше ограничений, тем больше, вообще говоря, градус недовольства властью в обществе.

С этих позиций понимаешь, что запретительными мерами блогосферу мы не отрегулируем. Но, еще раз говорю, что привить блогосфере, интернету благородные качества просто необходимо. Надо, чтобы люди отвечали за свои слова. Раньше, когда на скамеечке у дома сплетничали, или на скамейке у клуба, или там где-то на каких-то мероприятиях кого-то обсуждали, это не получало публичного распространения. Сплетни от бабушки к бабушке передавались. А сейчас массированно атакуют наше общество. Причем зачастую, скажем так, в специальных целях: опорочить, обмануть, расшатать. Это же сегодня все присутствует.

Вы думаете, что против нашей страны не борются? Борются. Я не верю, правда, в теорию заговоров, тем не менее, понимаю, что какая-то специальная работа в этой части ведется. Американцы признались недавно, что за 20 лет они вложили в Украину 5 миллиардов долларов. Немаленькие деньги. Вы же читали об этом. А сколько вкладывают в то, чтобы трансформировать наше общество? Мы же этого не знаем. Но наверняка понимаем, что громадные средства. Поэтому мой ответ не может быть однозначным решением: я против вакханалии и беззакония и против специальных методов, которые используются против личности и против страны. В то же время я понимаю, что свобода слова должна быть. Что честное, правдивое слово должно иметь возможность быть высказанным. Как найти здесь золотую середину? Трудно сказать. И вряд ли она даже существует. Но в этой ситуации, когда блогеров, имеющих аудиторию более трех тысяч человек, призывают хотя бы к минимальному порядку, это я считаю нужным.

Я на максимуме своей блогерской популярности имел количество посещений около 60 тысяч. У нас тиражей газет таких нет. И, конечно, когда я там писал, я взвешивал каждое слово. Я каждую запятую отслеживал. Потому что писал я сам. На какое-то время, на два года, меня хватало, а потом я понял, что с этой работой не справляюсь. Читателей много. Я уже стал профессиональным издателем, журналистом. Я все время понимал, что огромная, колоссальная ответственность лежит на мне. А у нас есть такие писатели, которые позволяют себе ненормативную лексику, которые развращают людей, обманывают их. С этим что-то надо делать. Обязательно надо что-то делать.

А. ШУШПАНОВ, ГАЗЕТА «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ. БАШКОРТОСТАН»: Рустэм Закиевич, позвольте задам вам два вопроса. Первый вопрос по Крыму. Я был в Крыму. Последний раз в 2010 году. Я видел многоэтажные многоквартирные дома с торчащими трубами. С другой стороны, нет худа без добра. В связи с тем, что Крым являлся пасынком Украины, это помогло ему сберечь архитектурное наследие XVIII-XIX веков, в отличие от огульного уничтожения архитектурных памятников у нас в Уфе. Росавиация дала информацию, что перелет туда-обратно будет стоить около 5 тысяч рублей. На сайте нашего аэропорта эта информация не появилась. Занимается ли Правительство Башкирии вопросом переформатирования потоков наших туристов из Турции в Крым, и когда появятся билеты по 2,5 тысячи рублей на самолеты? Возможно ли снижение цены проезда на железнодорожном транспорте? Второй вопрос. В последнее время активно обсуждают доходы наших депутатов: Совет Федерации, Государственная Дума, Курултай, вы обнародовали свои доходы, кстати, выглядите очень достойно на фоне наших миллионеров по зарплате. Есть такая пословица – голодный сытого не разумеет. Как вы считаете, насколько близок к народу депутат с 100-миллионным доходом? Насколько он понимает народные чаяния? Сегодняшний прозвучавший вопрос о дорогах. Они передвигаются не на «ГАЗелях» и «ПАЗиках», у них совершенно другая система автомобильной амортизации. Может, именно отсюда все проблемы? Осуществима ли в реальном будущем связка народа и власти?

Р. ХАМИТОВ: Скажу насчет денег. Я понимаю, что, может, вызову чье-то недовольство, но, для меня лично, должна быть моральная ответственность депутатов и различного рода крупных руководителей, получающих огромные ресурсы, деньги. Разрыв в сотни миллионов и миллиарды рублей с одной стороны и тысячи – с другой, мне кажется, мягко говоря, это неправильно, не этично. Я эту проблему для себя решил. У меня нет заводов, пароходов, нет «левых» заработков. Моя семья живет нормально, достойно. У меня нет необходимости заниматься чем-то таким, что не позволяло бы смотреть честно в глаза людям – это первое. Второе – мои дети абсолютно простые люди, работают в Москве. Дочь находится в декретном отпуске, внуку один год и девять месяцев. Сын работает в крупной компании, занимается информационными технологиями, внедрением автоматизированных систем управления. Больше ничего нет.

В то время, когда основная часть населения живет довольно сложно, «шиковать» на этом фоне не очень хорошо, и здесь нужно быть разумными. Я знаю богатых людей, которые, придя во власть, полностью прекратили свою предпринимательскую деятельность, и я поддерживаю таких людей. Хотя они имеют доходы от того богатства, которое они нажили раньше. Это их законное право. В целом разницы в десятки тысяч раз между простыми людьми и теми, кто находится у власти, не должно быть. Это мое личное мнение. Если это есть, то все это должно быть по закону. Я надеюсь, что все так и есть. Но я не прокурор и не могу давать оценок в этой части. Это мое личное мнение.

Что касается цен на билеты. Из Уфы самолеты будут в Симферополь летать. Цена на билеты будет определена федеральным правительством, и дотация будет осуществляться за счет федерального бюджета. Таким образом, билет «туда-обратно» должен стоить порядка 6-7 тысяч рублей. Ну а дальше в пансионатах, там, где люди будут отдыхать – цены будут, наверное, рыночными. Многие понимают, что наверняка в этом году в Крыму поток туристов будет меньше. И сами крымчане это тоже понимают. В Украине просто существует запрет на отдых в Крыму. Я считаю, это очередная глупость украинских властей. Просто очередная глупость. Причем вопиющая глупость. Что я могу сказать? Это их проблемы – пусть они отвечают за все это.

А со временем – если не в этом году, то в следующем – обязательно туристический поток наладится. Через три-четыре года будут построены нормальные коммуникации: и мост будет, и железная дорога будет работать. А вообще, мы еще не знаем, как пройдет устройство Украины в ближайшем будущем. И здесь загадывать не надо, пока еще все не определено. Власть украинская пока демонстрирует беспомощность свою и по отношению к юго-восточному региону страны. Собственно говоря, профессионализмом там и не пахнет. Так что время все покажет, все расставит по своим местам.

А в этом сезоне самолеты из Уфы будут летать. Скорее всего, это будет компания «Red Wings» – «Красные Крылья». Скорее всего, это будет самолет типа Ту-204, который вмещает около 200 пассажиров. Это наш российский самолет. Кстати говоря, могу даже сказать как специалист в авиадвигателестроении и в авиационных технологиях. У этого самолета самый лучший планер из всех самолетов, которые сегодня летают. Он очень устойчив, очень хорошо управляется. Летчики любят эту машину. Если что-нибудь отстает с точки зрения эргономики в кабине пилота, в принципе последние модели все уже доведены до ума. Я являюсь пламенным сторонником всего отечественного. В том числе и прежде всего – авиастроения. Потому что я понимаю, что авиастроение – это вершина машиностроения и вершина того, что сделал человек на земле. Это самая сложная машина. И если мы строим самолеты – наша страна – значит, мы находимся на очень и очень хорошем уровне. Если бы не строили, тогда бы у нас, действительно, перспектив никаких не было. А так, Уфимский моторостроительный завод загружен, наши предприятия в результате санкций начнут делать больше родных самолетов хороших, и наладится все у нас.

А. ШУШПАНОВ: Если полетите, про нас тоже не забудьте, пожалуйста.

Р. ХАМИТОВ: Мы, я думаю, сможем организовать такой пресс-тур в Белогорский район. Не только потому, что там, в Крыму тепло, хорошо, но и потому, что ваша поддержка нужна. Нужны ваши правдивые слова о том, что там происходит. Я надеюсь, что где-нибудь в конце мая – начале июня мы такую поездку организуем. Потому что я для себя график выработал следующий: примерно раз в полтора месяца я буду летать в Крым. План такой.

А. МИНИГАЛЕЕВ, ГАЗЕТА «КРАСНОЕ ЗНАМЯ», НЕФТЕКАМСК: У меня вопрос не столь масштабный, как сотрудничество с Крымом, но для Нефтекамска не менее актуальный. У нас лагерь «Бригантина» – единственный загородный оздоровительный лагерь, который остался на балансе муниципалитета. Но прошлой осенью нефтекамцы были буквально ошеломлены новостью о том, что предприниматель из соседнего района выкопал и демонтировал инженерные сети – трубы канализации, которые ведут от лагеря до очистных сооружений Нефтекамскводоканала. Самое интересное: уголовное дело по данному факту было возбуждено не после подачи заявления в Краснокамский отдел полиции, а после личного обращения руководителя лагеря к министру внутренних дел по республике Михаилу Закомалдину. И вот у меня такой вопрос: местные чиновники мне в интервью не раз говорили, что нефтекамский бюджет не потянет восстановление канализации лагеря, могут ли нефтекамские родители надеяться на то, что республика поможет городу в восстановлении инженерных сетей лагеря?

Р. ХАМИТОВ: Тема актуальная. Понятно, что детский лагерь должен функционировать, должен летом работать. Мы примем все усилия, чтобы те проблемы, которые есть там, решить. Но при этом я еще раз хочу сказать, Нефтекамск не должен прибедняться в этой части. Недавно была проведена крупная проверка Счетной палатой бюджета Нефтекамска. Обнаружились такие вопросы и вопросища, на которые до сих пор ответа нет. Фактически многие годы действовала система ухода от получения дополнительных доходов в бюджет Нефтекамска. Эти потери исчисляются не миллионами и не десятками, а сотнями миллионов рублей. Распродавалось имущество, раздавалась земля, переоформлялись разного рода значительные городские сооружения на счета бизнесменов и так далее. В Нефтекамске сегодня работает новый глава, мы делаем все, чтобы у него все получилось, помогаем и будем помогать Нефтекамску. В том числе и в этой истории с пионерским лагерем. Но вам, нефтекамцам, в этой части надо вместе поработать, чтобы депутатский корпус осознал свою ответственность за то, что происходит в Нефтекамске. И чтобы начальники разных уровней понимали, что они отвечают за город и за жизнь людей, чтобы люди в этом смысле стали чуть-чуть требовательнее, а в некоторых случаях и злее, чтобы начальников местных вовремя одергивали, если они делают что-то не то.

Н. ПИСКУН, ГАЗЕТА «ЗВЕЗДА», ГАФУРИЙСКИЙ РАЙОН: Как вы смотрите на то, чтобы учредить грант сельскому поселению, которое успешно развивает переработку молока?

Р. ХАМИТОВ: Я ситуацию в молочном производстве знаю хорошо. Я хоть инженер и авиационный, но жизнь заставляет быть и аграрием, учителем и даже медиком. Мы это обсудим, подумаем.

Н. ПИСКУН: Почему именно грант. Это будет как бы сорокапроцентное возмещение стоимости. Мы знаем, что к вашим грантам успевает подключиться бюрократия. Вот вы каждому сельскому поселению даете по 100 тысяч рублей ежеквартально. Они уже за целый год вперед планируют, что могут сделать, проводят сходы граждан, там ставят эти задачи.

Р. ХАМИТОВ: Давайте так. Надо, чтобы не только гранты работали на автомате, надо, чтобы вся бюджетная система работала. Мы этого стараемся добиваться. Это сложно, но это будет. Возвращаясь к вашему вопросу по агроситуации. Вы знаете, что в своем послании к Государственному Собранию – Курултаю республики я говорил о том, что наша перспектива в развитии молочного производства и настаиваю на этом, потому что молоко – это высокодоходный продукт. Через молоко наше крестьянство может и должно получать достойную заработную плату и так далее. Это все очевидно и понятно.

Какие формы? Нам и крупный бизнес интересен. Мы надеемся, что в этом году в Буздякском районе начнется строительство мегафермы на 10 тысяч голов. Вы представляете, что это такое. 2,5 тысячи голов – это уже много, а здесь 10 тысяч голов. Конечно, это огромная ферма. Мы планируем такой же вариант, но в полтора раза меньше, реализовать в Ишимбайском районе. Сегодня говорили про Белокатайский район. Это крупные производства.

По небольшим, где 200-400 голов, работает программа «500 ферм». Она работает довольно успешно. Мы больше 100 ферм имеем отреставрированных. Мелким хозяйствам тоже помогаем, фермерам, личным подсобным хозяйствам. Мы думаем о том, что там тоже возможен рост производства молока. В этой части есть гранты, есть поддержка, есть финансирование: специальное целевое и внебюджетное. Мы «загребаем» широко. Мы стараемся в этой агромолочной истории использовать все ресурсы и резервы, которые у нас с вами есть.

Кроме того, мы работаем над тем, чтобы крестьянин мог продавать свою продукцию, чтобы работала потребкооперация. Чтобы были прилавки, где люди продавали бы свою продукцию. Не перекупщики разного рода, а сами производители или те, кого они определят для торговли. Это все сложные вещи. Но, с другой стороны, если мы не привлечем наших людей на селе к такой активной работе, мы потеряем очень много. Просто мы потеряем все. Мы понимаем меру ответственности. Мы знаем, что сельчанам мы обязаны почти всем: и своей древней культурой, и продуктами питания, которые нас выручают в городе, и подпиткой рабочими руками. В моем понимании, село должно быть сильным, крепким, устойчивым, хорошо работающим, с хорошей средой для жизни и с возможностями себя реализовать. В этом плане будем обязательно работать.

Б. БЫСТРОВ, РАДИОСТАНЦИЯ «СПУТНИК ФМ»: У меня вопрос и предложение. Наверное, многие коллеги подтвердят, у нас есть несколько очень открытых людей, таких как вы, которые дают пресс-конференции, Динар Загитович Гильмутдинов постоянно в каких-то блогах участвует и Ирек Ишмухаметович Ялалов. А есть два совершенно секретных ведомства, это даже не ФСБ, это министерство здравоохранения и министерство образования. У меня вопрос – чего они все боятся? И соответственно к вам предложение, может быть, мы им покажем, как надо, и было бы здорово, если, допустим, Вы один-два раза в неделю отвечали на наши вопросы. Темы у нас житейские, социальные, люди иногда звонят жаловаться, а иногда мы просто веселимся.

Р. ХАМИТОВ: То есть отвечать на вопросы в прямом эфире. Блогером я был, телевизионным персонажем тоже, теперь еще придется осваивать радиоформат общения. В целом, конечно, это большое обязательство. Два раза в неделю – не знаю, получится ли так, но один раз в одну-две недели я готов отвечать на ваши вопросы. Давайте попробуем, может что-то интересного из этого получится.

Мне всегда нужна обратная связь. Я должен знать, хотя я и так много знаю, что происходит на территории республики. Наверное, лучше меня мало кто знает обо всех этих сложных историях, процессах, которые происходят. Так и должно быть, потому что у меня самое большое количество информации. Давайте попробуем такую радиопередачу или ответы в вашей радиопередаче организовать.

По поводу министров. Они все абсолютно разные люди. Есть среди них открытые, закрытые, есть публичные, непубличные. В вашей журналистской среде тоже есть разные люди: есть люди, которые хорошо пишут, но плохо говорят, или хорошо говорят, но плохо задают вопросы. Поэтому среди министров то же самое. Это тот тип людей, которые опасаются аудитории, может быть, чувствуют себя неловко, хотя на совещаниях они выступают вполне успешно, нормально докладывают.

Я попробую исправить ситуацию, попытаюсь организовать весь корпус министров, чтобы министры здравоохранения, охраны окружающей среды, сельского хозяйства, образования, труда и социальной защиты – хотя знаю, что Ленара Хакимовна (Л.Х. Иванова, министра труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан) выступает много, она в этом смысле молодец – в ваших программах они звучали. Отвечали на вопросы, держали ответ перед людьми за то, что они делают или не делают. Такие коммуникации надо установить и дальше работать в таком формате.

ВЕДУЩИЙ: Практически два часа проходила эта пресс-конференция. Спасибо большое, уважаемые журналисты, за интересные вопросы. Спасибо, Рустэм Закиевич. Страница в Фейсбуке будет работать, и дальше общение я предлагаю перенести в интернет. Адрес нашей страницы есть на официальном сайте Президента республики, пишите, регистрируйтесь, вступайте в друзья, и дальше этот новый канал Администрации Президента республики будет работать для связи с журналистским сообществом.

Р. ХАМИТОВ: Хотя, Артем Валерьевич (А.В. Валиев, пресс-секретарь Президента Башкортостана), вы обещали зачитать несколько вопросов с Фейсбука, но вы так ловко свернули нашу пресс-конференцию. Я понимаю, что и время закончилось, с другой стороны, я действительно постарался довольно искренне и честно ответить на все вопросы, которые прозвучали.

Мне общаться с журналистами интересно. Прозвучавшие сегодня вопросы были актуальными, можно было бы и дальше говорить. Но самое главное в нашей жизни – это слово и дело. Дело будет, тогда и люди станут к нам относиться совершенно по-другому. Кое-что мы успели сделать, кое-что мы делаем, но работы у нас впереди еще очень много. Всем огромное спасибо, присутствующим в зале, и тем, кто слушал нашу пресс-конференцию, и тем, кто согласен со мной, и тем, кто не согласен со мной. Это означает только одно – жизнь продолжается. Спасибо большое!

Facebook Twitter Livejournal ВКонтакт



Назад в раздел